По ту сторону грез

Глава 1

 Сны и реальность

 

Море лизнуло обнаженные ноги, шурша белоснежной пеной по золотистому песку  и отхлынуло, оставив россыпь морских «сокровищ» на память. На сером, хмуром, как поздней осенью, небе бегут косматые облака. Чайки беснуются где-то там высоко- высоко рядом с мутно горящим солнцем. Соленые брызги летят в лицо, белые барашки морской пены мчатся наперегонки по бушующей глади. Медленно обретают очертания коней. Стройных, белоснежных скакунов с пышными гривами из морских водорослей. Я улыбнулась, любуясь своим творением. Чуть больше белого, немного меньше пены, больше воды.

Фантазия поддалась, менялись и цвет грив и сложение животных. Теперь в бирюзовых водах гарцевали снежно белые кони с серебристыми гривами. Идеальные, удивительные, почти реальные. Я протянула руку, наткнувшись на мокрую, прохладную гриву, расчесала пальцами слипшиеся пряди. Потом хлопнула животное по шее, отпуская на свободу. Кони громко заржали и, взметая фонтаны брызг, умчались к потемневшему горизонту. Ветер усиливался, трепал намокший подол платья, бросал в лицо пряди волос, швырялся холодным песком. Моя тюрьма, мой персональный ад, вечное напоминание о том, что я не достойна жить нормальной жизнью.

Но только здесь я хоть ненадолго могу ощутить себя свободной. Ощутить себя счастливой. Это мой мир, такой какой я хочу видеть, такой в котором хочу жить. Новый порыв ветра донес едва слышный вздох, от которого по спине прошлась шеренга мурашек. Я обернулась, ища взглядом источник звука. Из тумана, клубящегося вокруг, на меня смотрели два желтоватых огонька. Мой мир ощетинился, реагируя на пришельца. Море с ревом бросалось волнами на берег, ветер разгонял туман, желая изгнать незнакомца. Я вглядывалась в туман, пытаясь увидеть того, кто сумел преодолеть границу моего мира, но увы, не успела.

Крики чаек медленно сменялись воем полицейской сирены и руганью дворника под окном. Звон трамваев и крики дворовых котов вытеснили напрочь шелест океанских волн. Вместо песка, подо мной верный и безнадежно продавленный матрац. Мда, действительность во всей своей неприглядности. Добро пожаловать домой, Виктория.

Из сна я возвращалась осторожно, шаг за шагом, медленно открывая глаза. И тут же резко их зажмурила. Реальность пошла в наступление подобно броневику и сбавлять обороты не собиралась. Жуть, что во сне, что в жизни.

- Доброе утро, мисс, - радостно заявил Зогр, оскалившись, демонстрируя крайнюю степень дружелюбия.

Увы, кто как начинает свой день, я вот с созерцания кривой улыбки домашнего гоблина. Реальность, чтоб ее…

- Доброе утро, Зори, - прокряхтела я, садясь в постели.

Зори кивнул и, убедившись, что произвел нужное  бодрящее, впечатление, поплелся раздвигать шторы на окне. Да, будить он умеет, сон спугнул основательно и безвозвратно. С такой-то улыбкой! Мечта дантиста, ночной кошмар ортодонта, от этого зрелища не то что сон, любой грабитель с визгом скроется за горизонтом, даже не догадываясь, что Зори желал напоить его чаем. Хотя, какие грабители? В моей квартире Зори и есть единственной ценностью.

- Завтрак будет готов через пять минут, - одергивая фартук, заявили мне, двигаясь к выходу из спальни.

Я молча кивнула, продолжая разглядывать обновку своей домашней тварюшки. Где он его откопал? У меня в доме такой цветастой дряни с рюшечками отродясь не было. Да у меня и еда-то не всегда дома была… но это было до появления Зори. И покой тоже раньше был. Эх, было же время!

К завтраку я вышла, полная нехороших предчувствий. Переступая под стеночкой мокрые разводы от тряпки на полу, я поплелась на кухню, с каждым шагом понимая, что мои самые худшие подозрения оправдаются. Ого! Даже превзошли все ожидания!

-Что это, Зори? – сипло уточнила я, окидывая взглядом стол, накрытый к завтраку.

- Ваш завтрак мисс! – пафосно сообщило это ушастое бедствие и начало отодвигать мне стул.

Мой вымученный диетами желудок радостно заурчал, кишечник в восторге завязался в узел. А где-то в спальне рыдала и оплакивала мою талию измерительная лента. Я уныло глянула на сияющего улыбкой гоблина, на стол. И так постоянно, стоит мне найти и начать воплощать в жизнь новомодную диету, как эта болотная зараза берется печь пироги. Желудок опять жалобно заурчал, напоминая, что пачка орешков, заброшенная в него вечером в поезде уже успела раствориться и всосаться без остатка. Эх, пропала моя фигура, пропали все мои старания по ее сохранению. Чистая победа, Зори. Подпольщик зеленокожий.

- А это что? – раскладывая на коленях салфетку, алчно уточнила я.

- Яйца «Бенедикт», тосты, джем, мед, тут у нас овсяночка. Ни соли ни сахара не добавлял, не знал с чем вы предпочтете, – услужливо сообщил гоблин, оперативно снабжая меня столовыми приборами и наливая кофе в чашку.

О, Богиня да я за свой марафонский забег к фигуре мечты слопала этой овсянки несколько мешков, так что фору могу дать любому скакуну. Сама удивляюсь, как не начала еще ржать и бить копытом. Я решительно мотнула головой и потянулась к яйцам «Бенедикт».

- Ваша лимонная вода, мисс, – сообщил мне Зори и смылся мыть плиту.

Гад. Диверсант! Кулинар недобитый, сорвал мне такую диету. И я потянулась к тарелке с тостами. Да! Масло, жареный хлеб, жирный соус, то что нужно для хорошего настроения и стойкого чувства вины. Горечь от поражения я запила сладким кофе. А ничего так утро началось.

Зори же вовсю скакал по кухне, надраивая полки, шкафчики, окна. В общем протирая все, что могло попасть под его горячую руку. Трепетали оборки на фартуке, трепетали гоблинские уши на сквознячке, и весь мой гоблин выглядел безгранично счастливым и радостным. Как мало ему нужно для счастья, чистящее средство и простор для уборки. Поэтому в моей квартире царит безграничный и местами пугающий порядок.

Да, гоблин с обсессиивно-компульсиивным расстроойством это что-то. Хотя, это «что-то» и стало причиной изгнания Зогра из клана, где он своей любовью к чистоте достал до печенок даже головастиков. Ага, очень странное расстройство для жителя болотных земель. Там не то что руки не моют, там отродясь не ведают, как выглядит чистая водопроводная вода. А он полы моет. О! Уже опять начал.

Я поспешила удрать из кухни. Зори способен и меня запихнуть в стирку, накрахмалить и выгладить. А еще может вручить тряпку и заставить натирать пол вместе с ним. Да и на работу пора собираться. И я принялась метаться по квартире, время- от- времени спотыкаясь о Зори, снующего следом за мной. После его уборки найти хоть что-то в доме возможно только по карте и с компасом в руке. А еще лучше с бубном и шаманским подвыванием. Бубна нет, потому Зори просто необходим. Пока я вертелась перед зеркалом и решала какую шляпку нацепить для поездки на работу, Зори уже вовсю звенел посудой и готовился натирать воском полы.

- Что мисс предпочтет на обед? – уточнил мой резвый прислужник из кухни, перекрикивая рев старого водопровода.

Хотя, в этом подобии на квартиру все старое и ветхое. Водопровод гудит, как стадо слонов на водопое, лифт тарахтит так, что инстинкт самосохранения заставляет жильцов дома ходить по лестнице. Дверной звонок работает исключительно по собственному расписанию и свой график открывать нам с Зори не собирается.

- Не стоит Зори. Перехвачу что-то в кафе. Я и так опаздываю, – честно солгала я, намереваясь голодать до упора, а потом вернуться с работы и тихо улечься спать, игнорируя голодные спазмы в желудке.

На кухне что-то жалобно звякнуло, потом рухнуло, потом с топотом понеслось к выходу.

- Вам не понравился завтрак? – жалобно уточнил гоблин, выходя из кухни. – Я могу испечь торт к ужину! У меня как раз есть новый рецепт!

- Нет! – мой истеричный вопль распугал голубей, дремавших на подоконнике. Даже перекрыв свист воды в трубах.

Только не торт. Торт я точно не перенесу, он будет являться ко мне во снах, манить шоколадным боком и соблазнять изменить стройности и моде. И я опять проснусь на мокрой от слюней подушке и с наволочкой, зажатой в зубах. Нет, торт это слишком для моей нежной психики.

- Зори, я иду на работу и буду там до вечера, – с надеждой выдохнула я. – Так что, к обеду меня не жди.

Надежда была на то, что в этот раз гоблин сдастся  и я смогу спокойно согнать все те калории, которые уже нарастали на мне после завтрака. Увы, надежда моя издохла в зародыше, пала героической смертью, сметенная беспощадной гоблинской заботой.

- Я заверну вам обед с собой, – все так же преданно глядя на меня, предложил Зори. – У меня почти все готово.

Я хотела было огрызнуться и напомнить кое- кому, что в моде нынче аристократическая бледность и утонченная худоба, а благодаря стараниям Зори, я скоро по форме буду напоминать снеговика. Но смолчала, глядя в жалобные гоблинские очи. Еще и ушки прижал, актер доморощенный. Я коротко кивнула и Зори с топотом умчался собирать мне «тормозок». Мда, с бледностью у меня как-то лучше выходит, она всегда при мне и в зной и в стужу, хоть сейчас в гроб укладывайся. С худобой дела обстоят хуже. Ранее я без проблем добивалась модных нынче объемов (точнее полного их отсутствия), в наличии были и впалые скулы и выпирающие ключицы, и острые локти. Силуэт мой все еще хранил стройность и гибкость, которую выгодно подчеркивали фасоны платьев с заниженной талией. Но на эту самую талию постоянно производились покушения в виде пирожков и булочек. Я еще легко впрыгивала в свои наряды, но если серьезно не поговорить с гоблином, скоро я смогу поместиться только в мешок от картошки.

Я с тоской еще раз глянула на себя в зеркало, подправила локон на виске, успокаивая себя тем, что съеденное утром не испортит мою выстраданную стройность. Ха! Кому я лгу?

Зогр копошился в моей сумке, а я красила губы. Зогр натирал в пятый раз мои туфли, а я приводила в порядок прическу. Да, волосы это, то единственное, с чем я не была готова расстаться даже ради моды. Пока все повально срезали косы и обзаводились ультрамодной стрижкой «боб», перекрашивались в иссиня черный или ослепительный блонд, я хранила верность своей естественной масти. Пускай, это был банальный «каштан» с рыжеватым отливом, но с моей бледной кожей и глазами цвета листвы смотрелся он просто очаровательно. А быть очаровательной, это всегда модно.

Итак шляпка. Что лучше, вычурный фасон или покатые поля и вуаль? Глянула на круги под глазами после ночи в сидячем вагоне. Покатые поля, вуаль… решено. Сегодня я девушка - загадка. Скроюсь от мира за черной сеткой, притворюсь, что все отлично.

- Удачного дня, мисс, - орал мне вслед Зори, высовываясь из окна квартиры.

Его низкорослая, тощая фигура с огромной головой смешно смотрелась в оконном проеме, словно насаженная на жердь тыква с ушами. Огромными, кожистыми, как у летучей мыши с мохнатыми кисточками на концах.  Этот орган у Зогра, отличался особенно крупными размерами. И вот все это вместе с ушами бесстрашно стояло на подоконнике пятого этажа и самозабвенно глядело мне вслед, как преданный пес. Хотя, отчасти это так и есть. В нашем мире гоблинов считают чем-то средним между дикарями и животными. Наличие интеллекта у них подозревают, но признавать не спешат. Так и живут эти ушастые чудики на своих болотах, месят грязь, пугают жаб.

Я обернулась и послала Зоргу воздушный поцелуй. Ну и пускай, что смотрится это дико. Пускай меня считают странной. Зори единственный, кто точно ждет меня во всем этом безумном мире. Единственный, кому я по-настоящему нужна. Да и нет у меня никого, кроме этого ушастого недоразумения.

С этими развеселыми мыслями я ввинтилась в толпу, которая компактно утрамбовывалась в трамвай. Нас, ранних пташек, не торопясь повезли по улицам просыпающегося города. Со звоном и скрежетом, тщательно встряхивая на каждом пригорке и повороте. Бодрящая поездка, что сказать! Но я всегда отвлекаюсь от этой болтанки, любуясь пейзажем. Столица очень красива, особенно в ранние часы, когда город только просыпается. Улицы сонно – пустынные, дома с одиноко горящими окнами. Редкие прохожие, одинокий гул моторов на дорогах. Громадины небоскребов возвышающиеся над постройками жилых кварталов, словно горные вершины устремляющиеся в небо, где теряются в утреннем тумане. Солнце медленно выползало из-за горизонта, окрашивая небосвод в оранжево - алые оттенки, смешивая их с чернильной синевой неба.

И воздух! Терпкий пропитанный тонким цветочным ароматом, прохладный и свежий, обдувающий лицо. Я высовывалась в окно, наслаждаясь его касаниями. Весна разукрасила дворы и скверы кружевом цветущих деревьев, закутала в  полупрозрачную дымку кружащихся в воздухе лепестков, расстелила мягкие ковры из зеленых трав на лужайках. Жизнь прекрасна кто бы, что не говорил! Даже если на работу приходится тащиться несколько часов, словно сардины в бочке.

Спустя два часа, две пересадки, одну отдавленную ногу и чужую подмышку под носом я уже выпрыгивала перед редакцией журнала «Сорока». Вот и настал тот удивительный, долгожданный и нервотрепательный день. Сегодня я из рядов внештатных писак перейду в шеренгу работников настоящего печатного издания. С удостоверением, ставкой и рабочим местом. Ура мне! Ура! Я почти вприпрыжку поскакала к парадному входу, по дороге вытаскивая из сумочки весь отпечатанный материал.

- У себя? – спросила я у пробегавшей по офису секретарши.

Молли растерянно кивнула и, вжав голову в плечи, юркнула в свою каморку с чашками. Странная она сегодня. Даже больше обычного. Я хмыкнула и решительно двинулась к приветливо распахнутой стеклянной двери в кабинет редактора. О да. Сейчас я как возвышусь, да как усядусь за стол у окошка! Вон он стоит одинокий, сразу видно – меня дожидается. Сейчас, мой хороший, я уже иду к тебе. Вот только загляну к руководству и сразу к тебе, лакированный ты мой.

Мистер Стивенсон, как всегда был не в духе, грыз сигару, листал свежую передовицу и был готов растерзать любого, кто тронет его в этот момент. Я судорожно сглотнула и поскребла ноготками об косяк, намекая, что я уже стою на пороге и мечтаю зайти в кабинет.

- Лэмон, угрюмо констатировали мое появление. Я ждал тебя завтра.

- А я уже все сделала и решила сдать статью досрочно, и я потрясла папкой для подтверждения.

- Отлично, давай сюда. Молли! последнее было выкрикнуто в селектор.

Секунду спустя на пороге стояла запыхавшаяся Молли с бумагами в руках. Затравлено глянула на меня, вздохнула и мотнув головой, позвала следовать к кассе.

- А, мистер Стивэнсон, я растерянно оглянулась на секретаршу, опять на начальство. Я бы хотела с вами обсудить наш последний разговор.

- Что? Какой разговор? удивился мистер Стивэнсон и кивком отпустил несчастную Молли.

- Как какой? я тоже удивилась. Так же фальшиво, как и мое мерзкое начальство.- Неделю назад, вы отправили меня в командировку писать статью о региональной выставке лошадей и пообещали взять в штат, после сдачи статьи. Вот статья. Где мой стол?

- Я такое говорил? мистер Стивэнсон был редкой заразой от того не смутился и не расстроился. Ну извини. Мест нет. Забирай свой гонорар и, если нужно будит, Молли с тобой свяжется.

- Тоесть как это «свяжется»? я все еще прикидывалась дурой, но удивлялась все менее и менее искренне.

- По телефону, оскалился этот индюк. Но если тебе хочется, может послать письмо с голубем.

- Вы издеваетесь? рычала я, стоя на пороге. Вы меня прорву времени обещаниями кормите! Вы обещали взять меня в штат после испытательного срока! Он истек два дня назад!

- Я тебе ничего не обещал, мистер Стивэнсон неприятно оскалился. Я обещал подумать. Я подумал. Места для тебя у нас нет. Давай, красотка, получай свой гонорар и заканчивай лезть в бутылку.

Я плотнее сжала челюсти, загоняя назад проклятия, готовые слететь с языка. Нельзя срываться, нельзя показывать, что этот прыщ меня достал. От этого плохо только мне, и он это знает. Печать на спине накалилась и больно жгла кожу, сильнее углей. Я прикрыла глаза и принялась считать до десяти. Мало… до ста.

- Значит, вы мне солгали, сквозь зубы прошипела злющая я.

Стивэнсон отлепил свой колючий взгляд от передовицы и уставился на меня. Ухмыльнулся. Я уже отчетливо ощущала, как между лопаток стекают капельки крови. Гнев не отпускал, сила клокотала требуя выпустить ее и проучить мерзкого человечишку, указав ему его место. Я прикрыла глаза, призывая к высшим силам, к древним богам, к пресловутой удаче. Плевать кто откликнется, главное чтобы помог успокоить нервы, пока меня не начало корчить прямо на полу кабинета.

- Закатывать истерики мужу будешь, злобно отозвалось начальство, снова углубляясь в чтение передовицы. Тебе деньги не нужны?

Хотелось в ответ сказать гадость. Предложить этой гадине использовать мой гонорар не по назначению, а плотно затолкать его в физиологические отверстия начальственного организма. Но я сдержалась. Деньги мне и вправду очень нужны. Не могу же я до конца своих дней сидеть на шее у Зори.

От собственного бессилия захотелось разбить лоб об стену. Но не выход, у меня нет денег на ремонт. Грозно сопя и топая каблуками, как портовый грузчик, я выскочила в офис. Меня тут же схватили за руку и с силой потянули к выходу на балкон. Я было дернулась, но все же позволила Молли увести меня подальше от живых и ни в чем не повинных людей. Умница. Я сейчас способна на любую глупость, и могу сказать любую гадость. Нужно спасать несчастных, которые попадутся мне на пути. Я молча сопела и трясущимися пальцами выковыривала курево из портсигара. Молли тяжко вздыхала и качала головой, но я все равно затолкала сигарету в мундштук.

- Скотина, затягиваясь табачным дымом, проскулила я.

Молли кривилась и чихала, но стойко терпела мою губительную для здоровья привычку. У меня тряслись пальцы, от чего серый пепел постоянно падал под ноги и даже прожег дыру в кружевной отделке платья. Не то чтобы курение меня успокаивало, но этот несложный ритуал немного отвлекал от скверных мыслей.

- Ты в курсе, что эта дрянь тебя убивает, отгоняя дым от лица рукой, уточнила у меня девушка.

- Да? устало отозвалась я, наблюдая как далеко внизу копошатся люди, спешащие по своим делам. Скорее бы.

- Не дури, Тори, Молли обняла меня за плечи, успокаивая и ненавязчиво уводя от низких перил. Ты же знаешь какой Стивенсон. Неужели для тебя это новость?

- Иногда мне очень хочется верить, что у меня нормальная жизнь, вздохнула я, снова вдыхая терпкий дым. Только вот все так же как всегда. Ничего у меня нет… даже нормальной работы. И не будет…

- У тебя есть Зогр. садясь рядом, вздохнула Молли. Может, ему помощница нужна?

Я криво усмехнулась. Да, расстройство гоблина приносит ему пускай маленький, но стабильный доход. Когда простора для уборки в моей квартире не остается, Зори убирает чужие квартиры. Жильцы с радостью платят ему за труд. Зори с радостью печет для меня пироги. Вот такой круговорот денег в природе.

- Это ты мне так мягко намекаешь, что мне лучше заняться мытьем сортиров, вместо журналистики?

- Дура, беззлобно отозвалась подруга.

- Знаю, равнодушно отозвалась я.

Мы замолчали. Внизу по дороге носились автомобили, крякали клаксоны, орали мальчишки-газетчики. В крохотное окошко балконной двери легко можно было разглядеть офис, где бегал персонал. Кейти Митчелл, виляя бедрами, без стука зашла к Стивэнсону.

- А это еще что такое? я удивленно наблюдала, как Стивэнсон под ручку выводит Кейти из кабинета, как ведет ее к столу…

- Вот сучка!

- Согласна, угрюмо согласилась Молли, следя за моей соперницей с не меньшей ненавистью.

Да, на это рабочее место претендовала не я одна, но я начала работать раньше и намного эффективнее и активнее крашеной дуры с необъятным бюстом.

- Но, как же так! во мне клокотало как в вулкане, казалось, еще немножко и пар из ушей пойдет. - Но ведь по командировкам моталась я.

- А она моталась за кофе для начальства, ехидно выдала Молли. - И часто оставалась после работы… И…

«С ней не будет таких проблем, как со мной» - прозвучало в этом коротком «и». И вправду, чего я ждала? Клеймо, оно всегда клеймо, даже если его называют «печатью». Это пятно на репутации и крест на жизни, кто бы что не говорил. Как-то замечталась я, ожидая, что на этой работе ко мне отнесутся иначе.

- Может и вправду сменить вектор карьеры, вздохнула я, снова любуясь видом внизу.

- Пойдешь в подручные к Зогру?

- На панель, вздохнула я. И доход и удовольствие. Мужчины любят девушек с подпорченной репутацией.

- Может просто удачно выйти замуж? предложила Молли. Есть любители риска, которым кто-то должен печь пироги.

Я от смеха едва дымом не подавилась. Потом все же решила выдохнуть его вместе с едким:

- Еще чего! вышло излишне истерично. Я такой глупости не совершу. Мне предыдущих глупостей в жизни хватило. И пироги, это к Зори.

- Возможно, твой принц совсем рядом? – все так же не унималась моя приятельница.

- Что-то он не торопится, – с усмешкой вздохнула я. - Вечно его обгоняют всякие подонки.

- Подожди. Может еще рано?

- Я жду, –  с откровенным ехидством отозвалась я, стряхивая пепел на бетонный пол. - Но чувствую, что когда дождусь, то нам останется только трогательно складывать челюсти в общий стакан. Другая романтика будет уже не доступна.

Молли снова обозвала меня дурой. Я молча докурила сигарету и мы отправились получать в кассе мои гроши за проделанную работу. На душе было скверно и я из мстительности забрала все, даже медяки, которые оставляла кассиру на чай ранее. Обратный путь домой обещал быть унылым и скучным, но у меня был собранный Зогром «тормозок». Зачем мне воевать за стройность? С такой работой, как у меня, мы с Зори вместе перейдем на диету из одуванчиков и березовых почек. А потом и они закончатся… Одним словом лечебное голодание плотно войдет в нашу с гоблином жизнь.


Читать дальше

Сайт создан с Mozello - самым удобным онлайн конструктором сайтов.

 .